ЖЕНИХ (сказка-басня)

ЖЕНИХ (сказка-басня)
В погожий, солнечный денёк,
Любуясь нежными цветами,
Порхал беспечный мотылёк,
Махая тонкими крылами

Над полем. Вот, где благодать:
И форм, и красок ликованье
Цветов, мечтающих сказать
О тайных мыслях и желаньях.

Но все воздержаны, скромны,
По-деревенски боязливы –
Они ещё не влюблены,
И все как девицы красивы.

На поле не растёт бурьян,
Как будто мастером известным
Пошит цветочный сарафан
Для милой, молодой невесты,

Что ждёт избранника давно
И молчаливо, и смущённо,
Томясь, волнуясь – ей дано
Стать в этой жизни защищённой.

От бед, напастей лишь в семье
Находят островок спасенья…
«Пора жениться, что ли, мне», -
Подумал вскользь и даже с ленью

Тот лёгкокрылый мотылёк,
И загрустил от мысли вольной:
«А я на свете одинок,
Как это тяжко и как – больно!»

В печаль, в унынье погружась,
Он, вдруг, заметил пчёлку рядом,
Она, давно над ним кружась,
Смотрела умным, строгим взглядом:

«Ах, милый, юный мотылек,
Поверь, тебя не грусть снедает –
Безделье... Это не упрёк,
А факт, который всякий знает.

Начни, мой друг, трудиться сам,
Чтоб не грустить от мыслей тяжких,
И с радостью лети к цветам,
Хотя бы к полевой ромашке».

«Ромашку называть цветком?!
Такую древнюю гадалку,
Чьи речи только об одном!
Не стану – времени мне жалко.

Я без советов обойдусь,
Лети себе, пчела, работай.
Я обязательно женюсь
И без твоей пустой заботы.

Вот, если б в жёны взять цветок
Живой, красивый, нежный, стройный,
Чтоб я сказать однажды мог:
«Моя жена меня достойна!».

В день торжествующей весны
Вновь к мотыльку вернулись силы,
Грусть прогоняя: «Не дурны
Цветы на поле, даже милы».

Но часть из них не обрела
Степенной зрелости окраску,
Их подростковость не могла
Ещё дарить любовь и ласку –

Они незрелы и просты,
На них не смотрят с обожаньем,
Но проявленье красоты
Сравнимо только с заклинаньем,

Преображающем весь мир…,
А мотылёк – знаток известный,
Изящной лёгкости кумир,
Под стать себе, ища невесту,

Вновь загрустил: «Здесь не найду
Жены такой, чтоб было лестно,
Мне слышать от друзей в саду:
«Твоя жена – всех интересней!

Ах, как здесь скуден аромат
Цветов, изнеженных лучами?».
Теперь ему один лишь сад
Казался, полон чудесами:

«В саду– культурные цветы,
Не то, что сельская поляна.
В сад поспешу. До темноты
Найти б цветочек без изъяна».

Вот сада мотылёк достиг
И, красотою покорённый,
Он на минутку иль на миг
Был не в себя, а в сад влюблённый.

Но чувства улеглись. Плацдарм
Он выбрал, подчинив всё цели,
И обаянье, лёгкий шарм
Он применил – цветы зардели.

Увидел мотылёк герань
И так подумал: «Вот – милашка,
Но прехорошенькая дрянь,
Что любят только старикашки.

Её столь душный аромат
Рождает в голове трезвоны,
Переходящие в набат –
Полезны только для горгоны.

А вон, тюльпаны у межи:
Пышны, нарядны, как купчихи.
Они, бесспорно, хороши,
Но мне не нужно щеголихи.

Нарциссы – первенцы весны,
Как слепок солнышка живого.
Пусть не бессильны, но бледны –
Я словно - в спальне у больного.

Вот, тайны юности храня,
В саду растут и зреют розы.
Их надо ждать, а для меня
Возвышенность ценнее прозы.

Хотя их нежность, даже стать
Достойны только королевы...
Но о шипах могу сказать:
Они - доспехи старой девы.

А нежный яблоневый цвет,
Все как один недолговечны,
Вот ветер дунет – только след
Оставят в жизни скоротечной

Из лепестков. И как тут быть?
Не стану я пока жениться,
Их с лёгкостью могу забыть.
Тогда в кого же мне влюбиться?…

На этом празднике цветов
Он разглядел горошек нежный,
Достойный крыльев мотыльков,
Такой изящный и безгрешный:

«Девица эта хоть куда:
Кровь с молоком - видна порода,
И от домашнего труда
Такие крепнут год от года.

Женюсь! – решился он с трудом –
Такая станет мне опорой…»,
Но цвет, увядший, со стручком
Рос рядом с ней и стал раздором:

«Скажи, а рядом кто с тобой?»,
Подумав: «Стоит ли жениться?».
В ответ услышал: «Ангел мой,
Она мне кровная сестрица».

И прогремел её ответ,
Как выстрел из огромной пушки
По самолюбию. «О, нет!
Мне не нужна жена-кадушка!

Цветок нежнейший отомрёт,
На что надеяться мне вскоре?
На толстый и зелёный плод,
Что станет утешеньем в горе?!»

И от цветка скорее прочь
Летит, шепча: «Оно мне надо?»
И, неприкаянным в ту ночь,
Покинул он пределы сада…

А утро, обнимая всех
Лучами тёплыми, – смеётся
Над прошлым днём, и этот смех
Весёлой трелью раздаётся.

Всё просыпается вокруг:
Жужжит, летает и стрекочет,
А беззаботный, юный друг
Всё о невестушке хлопочет:

«У той – чуть резок аромат,
У этой – лепестки шершавы.
Я потому и не женат,
Что у цветов – другие нравы».

И мотылёк весь день порхал
Над каждым миленьким цветочком,
А ночью в травке засыпал
Бесцветным, маленьким комочком.

Так хоровод весенних дней
Сменился ярким танцем лета,
И в ритмах жгучих, без дождей,
Он, в зелень пышную одетый,

Всем предоставил мастер-класс,
Но вот уже неторопливый
Звучит осенний, нежный вальс
До восхищения красивый.

Неумолимо время-страж
Считает дни, затем недели.
Жизнь пролетела как мираж,
Не приближая к главной цели

Уже седого мотылька.
И он, порхая одиноко,
Всё идеал искал цветка,
Как прежде, в юности далёкой:

«Мой вкус изыскан, утончён, –
Кряхтел цветам уже усталый
Жених, – И я не обручён!»,
Но, что в нём толку? Он был старым.

Теперь легко порхать не мог –
Нет резвости в крылах прозрачных.
Так утомлённый мотылёк
Искал как будто день вчерашний

Свою заветную мечту,
Но возраст усмирил желанья:
«Ценю как прежде красоту,
Но мне важнее пониманье.

В общении цветы скучны,
Но умиляет старость всё же
Зелёный цвет, как в дни весны,
Который с возрастом дороже

Осенней зрелости цветов,
Что так строги и грациозны.
И в них расчётливость без слов
Сквозит: «Ошибки невозможны».

И мотылёк об этом знал.
Но вдруг, заметив зелень мяты,
Решился он, и ей сказал:
«Своею зеленью Вы – святы.

Пусть Ваши цветики скромны,
Но Вы – само благоуханье,
И первой зелени верны,
А нам так важно пониманье».

И он посватался. Она
Сказала просто: «Мы – не пара,
Я огорчить тебя должна,
Ты посмотри, мы оба стары?!»

Отказа мотылёк не ждал,
Волнуясь, чувствовал усталость.
Никак не думал, не гадал –
Жить в одиночестве под старость.

И так остался без жены
Седой искатель идеала.
Но помнил дни своей весны,
Когда поляны было мало,

Когда он с лёгкостью порхал
Над простодушными цветами,
Куражась, он их отвергал.
За что? Они не знали сами…

Теперь он – старый холостяк,
И, в ожиданьи зимней стужи,
Порхая, размышлял вот так:
«Я должен быть кому-то нужен».

И он старался. А вокруг
Жизнь замирала постепенно:
Ещё недавно сочный луг
Травою жухлой стал – всё бренно.

И даже солнцу не вернуть
Лучам своим тепла былого,
Лишь холод, продолжая путь,
Готовил всё к зиме суровой.

Отчаянно искал тепло
Наш мотылёк – помёрзло тело.
И вот, однажды, повезло:
В усадьбе форточка скрипела,

И он влетел. Пылал камин,
В уютном и старинном зале
Тепло. Как будто «блудный сын»
Вернулся… Тут его поймали,

Воскликнув: «Редкий экземпляр!»
(Что, впрочем, мотыльку известно).
И тот воспрял: «К тому ж – не стар,
А вдруг я здесь найду невесту?»

Но ожиданья не сбылись –
Он был посажен на булавку.
Так в эту маленькую жизнь
Судьба внесла свою поправку.

«Такого для себя не ждал
И не рассчитывал на это?!
Ну, что ж,– себя он утешал, –
Зато тепло и много света.

Теперь похож я на цветок,
И с внешним видом всё в порядке:
Есть лепестки, есть стебелёк,
Но быть цветком совсем не сладко.

И жалко мне себя до слёз –
Гулять свободно не придётся,
Как будто я женат всерьёз:
Женатым так же достаётся!»

* * *
Когда порхаешь мотыльком,
Ища достойную дубравку*),
То помни: в «рвении» таком
Заслужишь от судьбы булавку.
9 июня 2003 г.
_________
*)Дубравка - ещё одно название растения «Девичья краса» (В.И. Даль).


автор – Наталия Белостоцкая

Приглашаю посетить мою галерею
акро-портретов знаменитых личностей http://stihi.ru/avtor/belost1