У прошлого украли, не скрываясь, доблесть. Георгиевскую ленточку порвали. Мало церемонясь, швырнули в урну. Парнишку, что её носил, живьём сожгли. И дико рады: «Так ему и надо, « колораду!».
« Сволочи, подонки, гады!»- сказал бы дед мой, павший на войне. Он был артиллерист. Он не стрелял ни в безоружных, ни в детей, ни в беззащитных стариков и женщин. Он убивал врагов. Таков закон войны.
Мой дед...он взял бы...нет, не винтовку! Он с чувством, с толком, с расстановкой влепил ремнём с оттяжкой пару раз по чьей-то жирной заднице, которую ценою жизни спас на алой от крови высоте. Ведь если б он не победил фашизм, то не было б и вас, которые сейчас за деньги продали любовь, и честь, и совесть. И душу- всё, что отличает человека от мерзости ползучей, от дерьма, невыносимо пахнущего смрадом. Мой дед убит, а вы живёте и жадно жрёте других, которые честней и благородней вас.
КАК ЖАЛЬ, ЧТО НЕТУ ДЕДА ВИТИ...
КАК ХОРОШО, ЧТО ОН ВСЕГО НЕ ВИДИТ...
История не раз оболгана была.
История - она так зверски терпелива.
Потерпит Украйину, что возомнила
Себя арийской, знатной и единой
И ввергнет в ад иль сдаст на мыло.
История воздаст за поругание сполна!
Стоит Мать-Родина... И руки - в небо...
Была такой когда-то... Помню это.
А нынче из неё Гаргону сделали!
Змеёю обрядили укры смелые.
Природа не глупа, хотя излишне терпелива.
Мерзота разошлась.
Славянской кровью нэнька-мать залита...
Сектантов власть.
Но хватит грязь и зло терпеть!
Мы - люд СЛАВЯНСКИЙ!
Пора сектантам умереть.
В дерьме! Не в глянце!